Что такое антидепрессанты, и как они влияют на психику

Излечить плохую жизнь, или Почему антидепрессанты не помогают от грусти

В нашей культуре эмоциональные страдания стигматизированы. Для интенсивной грусти есть медицинский термин — «депрессия». Это одна из форм эмоциональных страданий, которой, как считается, в идеале у человека не должно быть. Разбираемся, почему в последние десятилетия западный мир стал рассматривать интенсивную грусть как патологию — депрессивное психическое расстройство, требующее медицинского лечения, и помогают ли антидепрессанты на самом деле.

Текст является личной позицией автора, которая может не совпадать с мнением редакции. Мы приглашаем читателей к дискуссии.

Многие считают, что депрессивное расстройство — это совершенно новое явление. Однако депрессия не современный недуг и не пандемия, которая свойственна исключительно нашей культуре и стремительно захватывает мир. Грусть сопровождала человека на протяжении всей истории его существования. До последнего времени ее считали не болезнью, а адекватной реакцией на переживание утраты или других травматичных жизненных обстоятельств. Американские социологи Аллан Хорвиц и Джером Уэйкфилд в своей книге The Loss of Sadness («Утрата печали») утверждают, что «грусть — неотъемлемая часть человеческого состояния, а не психическое расстройство». Почему же, несмотря на опыт, накопленный в истории человечества, грусть превратилась в болезнь, которую надо лечить?

Хорвиц и Уэйкфилд считают, что так проявляется повсеместное распространение медицинского дискурса. Все сферы жизни человека начинают осмысливаться в первую очередь как медицинские проблемы: «Все профессии стремятся расширить сферу феноменов, подпадающих под их контроль, и всякий раз, когда ярлык болезни прикрепляется к определенному состоянию, медицинская профессия наделяется первостепенным правом на юрисдикцию над ним».

Как только определенную человеческую эмоцию называют расстройством, ее носители превращаются в пациентов, которые нуждаются в профессиональном лечении.

При этом больше всего от таких диагнозов выигрывают фармацевтические компании, которые получают огромную прибыль от превращения печали в депрессивное расстройство.

Грусть была объявлена патологией, с которой может справиться медицина, что привело к массовому спросу на антидепрессанты. Сегодня в США из всех препаратов их назначают чаще всего: антидепрессанты принимает каждый шестой американец. Остальной мир стремительно приближается к этим показателям.

Теперь лекарства считаются панацеей от любого типа депрессивных расстройств. Под влиянием медицинского дискурса логическая цепочка «что-то в жизни пошло не так — пора пить антидепрессанты» прочно закрепилась в массовом сознании. Антидепрессанты стали спасительной пилюлей для эмоционально страждущих. Ставить эту логическую цепочку под вопрос всё равно что отнимать последнюю надежду на спасение. Общество верит в антидепрессанты, это подкрепляется авторитетом науки, и, если кто-то сомневается, а так ли они необходимы, его слова звучат как антинаучное и антимедицинское кощунство.

Что эффективнее — антидепрессанты и плацебо?

В 1990-х годах психолог Ирвинг Кирш из Гарвардской медицинской школы провел исследование, результаты которого вызвали скандал мирового масштаба. Изначально Кирш не собирался изучать антидепрессанты; иногда он даже рекомендовал их своим пациентам, разделяя общепринятое мнение, что эти препараты спасают от депрессии благодаря своему химическому составу. В первую очередь он хотел изучить эффект плацебо — то, как самовнушение, убеждения и ожидания влияют на процесс выздоровления. Вдохновили его работы коллег, которые показывали, что пациенты в депрессии могут выздороветь, принимая таблетки-пустышки, если считают, что это антидепрессанты.

Ирвинг Кирш и его коллеги провели метаанализ: собрали исследования, в которых сравнили эффекты плацебо и антидепрессантов у пациентов с депрессией. Получившаяся картина их очень удивила.

Новизна их работы была в том, что они впервые включили в свое исследование ранее не публиковавшиеся результаты тестирования антидепрессантов, которое проводили фармкомпании. Конечно, фирмам выгодно публиковать только результаты, которые говорят в пользу их продукта. Задействовав новые данные, команда Кирша обнаружила, что разница в эффективности лечения у групп, принимавших антидепрессанты и плацебо, составляла всего 1,8 балла по шкале Гамильтона.

Сама по себе цифра 1,8 не особенно информативна. Но ее ничтожность становится очевиднее, если учесть, что согласно системе оценки состояния пациента «результат может быть уменьшен на полные 6,0 балла, если вы просто лучше спите».

Рекомендации Национального института качества медицинской помощи (NICE) гласят, что эффект антидепрессантов по сравнению с плацебо является клинически значимым, если разница между результатами в обеих группах составляет минимум 3 балла по шкале Гамильтона или стандартизированное среднее расхождение (SMD), равное 0,5. При этом глобальные клинические рейтинги минимального улучшения соответствуют изменению на 7 баллов.

В 2008 году Кирш и его коллеги снова проанализировали эти данные, включив в исследование новый параметр — степень тяжести депрессии. Как выяснилось, тесты, которые проводились для пациентов с умеренной депрессией, не показали какой-то существенной разницы между препаратом и плацебо — разница была практически нулевой (0,07 балла). В исследованиях, которые проводились на пациентах с очень тяжелой депрессией, разница между лекарством и плацебо хотя и была выше (в среднем 4,36 балла), но всё равно не достигала уровня значимости клинических рейтингов минимального улучшения. Группа с самой выраженной степенью депрессии составляла 11 % пациентов. Это говорит о том, что остальные 89 % пациентов не получают клинически значимого эффекта от назначенных им антидепрессантов.

Кирш предположил, что причина такой незначительной разницы в эффективности плацебо и антидепрессантов может заключаться в том, что у последних есть побочные эффекты. Пациент полагает, что, раз есть побочные эффекты, значит, он принимает серьезное лекарство, которое ему поможет. Так работает механизм рационализации — нам сложно смириться с бессмысленностью страданий, поэтому мы предпочитаем считать, что это плата за эффективность и благоприятный исход.

Читайте также:  Сальмонеллез причины, симптомы и лечение в статье инфекциониста Александров П

Получается, что антидепрессанты работают исключительно благодаря самовнушению, результат которого зависит от того, насколько серьезны побочные эффекты.

Предположение Кирша подтверждается тем, что любое лекарство, которое имеет побочные эффекты, лучше работает при лечении депрессии, чем инертное плацебо.

В 2018 году под руководством психиатра Андреа Чиприани из Оксфордского университета представили самый масштабный на сегодняшний день анализ, который охватил 21 из наиболее распространенных антидепрессантов и более 500 международных исследований (опубликованных и неопубликованных). Оказалось, что от каждого антидепрессанта, хотя их эффективность была разной, люди получали больше положительных результатов, чем от плацебо.

При этом Чиприани обращает внимание на ограничения его исследования. Во-первых, анализируемые испытания длились недолго, поэтому обнаруженный эффект антидепрессантов может быть временным, а незафиксированные побочные эффекты могут проявиться в будущем. Второе важное ограничение — коммерческий интерес, из-за которого компании, проводившие испытания, могли относиться предвзято к методологии, анализу данных и отчетности. В метаанализ вошли и те тесты, которые не спонсировались производителями, но их было лишь несколько. Чиприани и его коллеги сделали всё возможное, чтобы получить максимум неопубликованных данных, но они признаются, что значительный объем информации всё еще недоступен для широкой публики.

СМИ поспешили объявить исследование Чиприани окончательным доказательством того, что антидепрессанты более эффективны, чем плацебо, однако экспертов оно не убедило.

Кирш опубликовал комментарий к этому метаанализу, в котором отметил, что результаты Чиприани (SMD 0,30) не отличаются принципиально от его данных (SMD 0,32). Значение SMD 0,30, которое обнаружил анализ оксфордских ученых, соответствует приблизительно 2 баллам по шкале Гамильтона, то есть оно не преодолело клинически значимого порога.

Джеймс Маккормак и Кристина Коровник тоже критикуют метаанализ Чиприани, утверждая, что он не включил в результаты информацию о доле излечившихся людей в группе плацебо. Согласно исследованиям, около 40 % людей из группы плацебо сообщают об улучшении в испытаниях антидепрессантов. Это означает, что в группе, принимающей антидепрессанты, из 10 человек, страдающих депрессией, состояние 5 улучшится, но при этом у 4 из 5 причина будет не в приеме лекарств. То есть антидепрессанты эффективны только в случае с 1 из 10 человек. Если препарат работает только в 10 % случаев, его нельзя массово рекомендовать остальным, особенно учитывая наличие у антидепрессантов побочных эффектов.

Исследователи Михаэль П. Хенгартнер и Мартин Плёдерл отмечают в своей статье: симптомами депрессии являются бессонница, усталость, потеря аппетита, психомоторное возбуждение и суицидальные настроения — и абсурдность антидепрессантов нового поколения в том, что именно эти симптомы являются их побочными эффектами! Помимо того, антидепрессанты могут увеличивать риск серьезных заболеваний, включая деменцию и инсульт, и вызывать физическую зависимость.

Если антидепрессанты работают, то почему?

Принцип работы антидепрессантов опирается на теорию химического дисбаланса: предполагается, что при депрессии у человека нарушается химический баланс в мозге, а препараты его восстанавливают. Проблема в том, что эта теория лженаучная.

Гипотезу, названную теорией химического дисбаланса, предложил американский психиатр Джозеф Дж. Шильдкраут в 1965 году. Сам он считал свою гипотезу «в лучшем случае редукционистским упрощением», открытым для дальнейших пересмотров, и заявил, что ее «невозможно окончательно подтвердить или отклонить на основе имеющихся в настоящее время данных».

Другими словами, Шильдкраут признавал, что теория химического дисбаланса была лишь гипотезой, для которой наука не могла предложить надежных доказательств.

Два года спустя британский психиатр Алек Коппен в своей статье «Биохимия аффективных расстройств» дополнил эту теорию. Он предположил, что в депрессивном расстройстве задействованы не только те химические вещества, который предложил Шильдкраут, но и другие, в особенности серотонин. Работа Коппена стала основанием для появления второго поколения антидепрессантов, СИОЗН (селективные ингибиторы обратного захвата норадреналина). Это препараты «Флуоксетин» («Прозак»), «Флувоксамин» («Феварин»), «Пароксетин» («Паксил»), «Эсциталопрам» («Ципралекс»), «Сертралин» («Золофт»), «Циталопрам» («Ципрамил») и другие.

Однако дополнения Коппена не подтверждали теорию химического дисбаланса — он лишь расширил гипотезу Шильдкраута, не представив весомых доказательств. К своей статье он добавил:

«Мы должны смириться с очень реальной возможностью того, что мы далеки от обнаружения базового нарушения при депрессии. Изменения [в серотонине] могут быть вторичными по отношению к другим аномалиям, которые вообще не были приняты во внимание… Несмотря на все многочисленные исследования, …мы находимся лишь в незначительно лучшем положении, чем Санкторий Падуанский, который… резюмировал свою позицию около 300 лет назад словами, которые всё еще актуальны сегодня, когда он сказал: „Где находятся узы между разумом и животной жидкостью, знает только всемогущий Бог“».

С тех пор изменилось не так уж много. До сих пор нет доказательств, что антидепрессанты работают, исправляя химический дисбаланс, а у людей с депрессией меньше серотонина, чем у прочих.

Единственным подтверждением теории химического дисбаланса является тот факт, что препараты, появившиеся на основе этой теории, помогают лечить депрессию. Считается, что, поскольку люди, принимающие антидепрессанты, испытывают облегчение, то депрессия вызвана химическим дисбалансом. Но вот незадача: раз антидепрессанты работают за счет эффекта плацебо, их действенность не может подтверждать гипотезу Шильдкраута.

Сегодня от этой теории отрекаются не только представители антипсихиатрии, но и современная мейнстримная психиатрия.

Рональд Пайс, американский профессор психиатрии, утверждает, что развенчать миф о химическом дисбалансе недостаточно. Еще важнее разрушить другой миф — о том, что психиатрия как профессия одобряет эту гипотезу.

От лица официальной психиатрии Пайс свидетельствует: «За последние тридцать лет я не слышал, чтобы знающий, хорошо обученный психиатр делал такие нелепые заявления, разве что, возможно, насмехаясь над ними».

Как говорит Рональд Пайс, противникам психиатрии выгодно приписывать этой дисциплине веру в теорию химического дисбаланса: это делает психиатрию бессильной против их критики. Противники этой науки любят утверждать, что психиатры преднамеренно и сознательно лгут бесчисленным доверчивым пациентам из-за влияния фармацевтических гигантов, которые зарабатывают огромные деньги на продвижении теории химического дисбаланса.

О депрессантах Пайс говорит следующее: «По правде говоря, значение серотонина было значительно переоценено… СИОЗН был незаслуженно присвоен статус рок-звезды в качестве эффективных антидепрессантов. Наиболее опасными с точки зрения введения в заблуждение широкой публики являются фармацевтические компании, которые активно пропагандировали „химический дисбаланс“ в своей рекламе, направленной непосредственно на потребителей».

Именно из-за этой лженаучной пропаганды «теория, которой никогда не было» завладела умами людей. Гипотеза о химическом дисбалансе стала распространенным мифом — при том что хорошо информированные психиатры никогда не принимали ее всерьез, поэтому она не может дискредитировать современную психиатрию.

Читайте также:  Причины по которым пальцы на ногах сводит судорогой

В оправдание Пайс утверждает, что академическая психиатрия по крайней мере уже последние 30 лет, отказавшись от теории химического дисбаланса, отстаивает биопсихосоциальную модель психических заболеваний. Самое последнее определение депрессии, которое дает Американская психиатрическая ассоциация, уточняет, что в развитии этого состояния играют роль не только биохимические факторы, но и особенности личности и окружающей среды, например постоянное воздействие насилия, отсутствие заботы, жестокое обращение или бедность.

Но если официальная психиатрия больше не поддерживает теорию химического дисбаланса и не одобряет массовое назначение антидепрессантов, как вышло, что это одни из наиболее часто назначаемых препаратов в мире?

Во всей этой разочаровывающей истории с антидепрессантами остается незамеченной хорошая новость: хотя и благодаря эффекту плацебо, они всё же работают. Причем не только они, но и любое другое «лекарство» от депрессии, в эффективность которого мы верим, включая боярышник, психоанализ по Фрейду и заряженную Кашпировским воду. Надеемся, впрочем, что теперь пользоваться способностью мозга к самообману вам не захочется.

Превращение грусти в болезнь и стремление справиться с ней с помощью лекарств — безусловно выигрышная стратегия, ведь все люди без исключения подвержены эмоциональным страданиям. Придумать, как монетизировать печаль, всё равно что придумать, как зарабатывать на воздухе, которым мы дышим. Миф о том, что грусть — это патология мозга, которую можно вылечить антидепрессантами, выгодна не только психиатрии и фармацевтическим компаниям, но в первую очередь и самим пациентам. Он помогает сохранять иллюзию, что эмоциональные страдания — это всего лишь болезнь, поддающаяся лечению, не давая нам признаться себе, что это и есть жизнь.

Стоит ли вам принимать антидепрессанты – и еще 10 вопросов о лечении депрессии

Прием антидепрессантов: как понять, что антидепрессанты действуют

Дэвид Бернс американский психиатр, доктор медицинских наук

Стоит пожаловаться на упадок сил, плохое настроение и отсутствие желаний, особенно в Сети, — как вам непременно придет совет обратиться к врачу по поводу депрессии и «попить таблеточек». Вроде бы хорошо, что депрессию перестали считать выдумкой — но волшебная сила таблеток от депрессии все же преувеличена. Кому действительно может понадобиться прием антидепрессантов и какие есть подводные камни при лечении антидепрессантами? Врач-психиатр отвечает на самые распространенные вопросы о действии антидепрессантов.

Если я в депрессии, в моем мозге присутствует «химический дисбаланс»?

В нашей культуре царит почти суеверное убеждение, что депрессия — это результат химического или гормонального дисбаланса в мозге. Но это всего лишь недоказанная теория, а не подтвержденный факт. Мы по-прежнему не имеем понятия о причине депрессии и не знаем, почему действуют антидепрессанты. Кроме того, нет никаких анализов или клинических симптомов, указывающих на то, что у конкретного пациента или группы пациентов присутствует «химический дисбаланс», который вызывает депрессию.

Если я в депрессии, мне надо принимать антидепрессант?

Я не настаиваю на том, что всем пациентам в депрессии следует принимать лекарства. Большое количество строго контролируемых исследований указывают, что новые формы психотерапии могут быть столь же эффективны, как антидепрессанты. Конечно, во многих случаях депрессии успешно лечатся антидепрессантами, но они редко дают полный ответ на проблему, а часто в них нет необходимости.

Как решить, принимать антидепрессант или нет?

Я всегда спрашиваю пациента на первом приеме, хочет ли он принимать антидепрессанты. Если он убежден, что предпочел бы обойтись без этого, я применяю только когнитивную терапию, и обычно она приносит успех. Однако, если пациент упорно работает в терапии шесть-десять недель без особых улучшений, я иногда предлагаю добавить к лечению антидепрессант — в некоторых случаях это увеличивает эффективность психотерапии.

Если пациент на первом приеме уверен, что хочет принимать антидепрессанты, я сразу же применяю сочетание антидепрессантов и психотерапии. По моему опыту, подход, основанный только на лекарствах, не приносил нужного эффекта.

Это может показаться ненаучным — прописывать лекарства или нет, основываясь на предпочтениях пациента, и, конечно, есть исключительные случаи, когда я считаю, что должен порекомендовать метод лечения, отличный от пожеланий пациента. Но в большинстве случаев я обнаружил, что пациенты лучше реагируют на тот подход, который им кажется наиболее удобным.

Кому можно принимать антидепрессанты?

Большинству людей, но непременно под профессиональным медицинским наблюдением. Например, специальные меры предосторожности показаны, если у вас в анамнезе присутствуют приступы эпилепсии, болезни сердца, печени или почек, высокое артериальное давление или некоторые другие проблемы. Если вы принимаете еще какие-то препараты помимо антидепрессанта, следует соблюдать особые меры предосторожности.

Если правильно принимать антидепрессант, он будет безвреден и даже может спасти жизнь. Но не пытайтесь самостоятельно изменять дозировку или принимать лекарство по собственному решению. Медицинское наблюдение обязательно.

У кого больше шансов получить пользу от приема антидепрессантов?

Ваши шансы положительно отреагировать на лечение правильно подобранным препаратом повышаются в следующих случаях.

  1. Депрессия мешает вам осуществлять повседневную деятельность.
  2. Депрессия сопровождается рядом органических симптомов, таких как бессонница, нервная возбудимость, замедленная реакция, осложнение симптомов по утрам или неспособность испытывать радость от хороших событий.
  3. У вас тяжелая степень депрессии.
  4. Ваша депрессия имела хорошо заметную отправную точку.
  5. Ваше самочувствие существенно отличается от обычного.
  6. В вашей семье были случаи депрессии.
  7. У вас была положительная реакция на прием антидепрессантов в прошлом.
  8. Вы уверены, что хотите принимать антидепрессант.
  9. Вы сильно мотивированы на выздоровление.
  10. Вы состоите в браке.

Ваши шансы отреагировать на препарат могут быть ниже в следующих случаях.

  1. Вы очень злитесь.
  2. У вас есть склонность жаловаться и обвинять других.
  3. У вас повышенная чувствительность к побочным эффектам препарата.
  4. Вы жалуетесь на многочисленные физические недомогания, причину которых ваш врач не смог установить: усталость, боль в животе, головная боль, боли в груди, желудке, руках или ногах.
  5. До депрессии вы долго страдали от другого психического расстройства или галлюцинаций.
  6. Вы абсолютно уверены, что не хотите принимать антидепрессант.
  7. Вы злоупотребляете наркотиками или алкоголем и не готовы пройти программу реабилитации.
  8. Вы получаете или надеетесь получить финансовую компенсацию за депрессию. Например, если из-за депрессии вы получаете выплаты по нетрудоспособности или участвуете в судебном процессе и надеетесь получить по причине своего заболевания финансовую компенсацию, это может усложнить лечение: поправившись, вы потеряете деньги. Возникает конфликт интересов.
  9. Ранее у вас не наблюдалось положительной реакции на другие антидепрессанты.
  10. По какой-то причине вы не уверены, что хотите выздороветь.

Эти рекомендации не являются исчерпывающими или однозначными. Наша способность предсказать, кто лучше отреагирует на лекарственное лечение или психотерапию, по-прежнему крайне ограниченна. В будущем использование антидепрессантов, как мы надеемся, получит лучшее научное обоснование, так же как и использование антибиотиков.

Как быстро и насколько хорошо действуют антидепрессанты?

Большинство исследований показывают, что от 60 до 70% пациентов в депрессии положительно реагируют на антидепрессанты. Поскольку примерно у 30–50% пациентов с депрессией улучшение наступает даже после приема плацебо, эти исследования показывают, что антидепрессанты все-таки увеличивают шансы на выздоровление.

Читайте также:  Наталия Антонова (Natalya Antonova) фильмография, фото, биография

Однако помните, что слово «улучшение» отличается от слова «выздоровление», и реакция на антидепрессант, как правило, приносит лишь частичное улучшение. А большинство людей не заинтересованы в частичном улучшении. Им нужен устойчивый подлинный результат. Они хотят просыпаться утром и говорить: «Эй, а здорово быть живым!».

Как понять, что антидепрессант работает?

Во время лечения проходите тест на депрессию один-два раза в неделю. Тест покажет вам, есть ли улучшения и насколько они велики.

Если вам не становится лучше или если ваше состояние ухудшается, количество баллов не будет снижаться. Но, если результат неуклонно улучшается, это указывает на то, что препарат, вероятно, подействовал.

К сожалению, большинство врачей не требуют, чтобы их пациенты проходили между сеансами терапии подобный тест на настроение. Вместо этого в оценке эффективности лечения они полагаются на собственный клинический опыт. Это довольно неудачный подход: исследования показали, что врачи часто ошибаются, пытаясь определить, как себя чувствуют их пациенты.

Сколько времени пройдет, прежде чем я почувствую улучшение?

Обычно требуется как минимум две-три недели, прежде чем ваше настроение начнет улучшаться под воздействием антидепрессанта. Некоторым лекарствам требуется больше времени. Например, эффект от «Прозака» может возникнуть только через пять-восемь недель. Неизвестно, почему действие антидепрессантов может задержаться на такое время (у того, кто узнает причину, есть хорошие шансы быть выдвинутым на Нобелевскую премию).

Многие пациенты испытывают побуждение прекратить прием антидепрессантов прежде, чем пройдет три недели, потому что чувствуют безнадежность и считают, что лекарство не работает. Это нелогично, поскольку действующие вещества не сразу дают результаты.

Что делать, если мой антидепрессант не работает?

Я видел много пациентов, у которых так и не наступила адекватная реакция на один или несколько антидепрессантов. Фактически большинство пациентов моей клиники в Филадельфии направлены туда после «безуспешного лечения различными антидепрессантами и психотерапией». В большинстве случаев мы в итоге смогли достичь отличного эффекта, применяя когнитивную терапию в сочетании с приемом лекарств, которые пациент еще не пробовал. Важно не оставлять попыток до тех пор, пока вы не поправитесь. Пациенты часто испытывают желание сдаться, но настойчивость всегда окупается.

Возможно, худший симптом депрессии — это чувство безысходности. Оно приводит к попыткам самоубийства, ведь пациенты уверены, что их ситуация никогда не улучшится. Они думают, что так было всегда и что их чувство никчемности и отчаяния будет длиться вечно. Пациенты могут быть настолько убедительны в своей безысходности, что через некоторое время даже их врачи и семьи могут начать им верить.

В начале работы я часто чувствовал соблазн отказаться от особенно трудных пациентов. Но коллега, которому я доверяю, призвал меня никогда не поддаваться убеждению, что пациент может быть безнадежен. На протяжении карьеры эта политика окупилась множество раз. Независимо от того, лечение какого типа вы получаете, вера и настойчивость могут быть ключом к успеху.

Как долго принимать антидепрессант, если он не действует?

В среднем испытательного срока длиной четыре-пять недель должно быть достаточно. Если у вас не наступает несомненного и ощутимого улучшения настроения, возможно, вам показана смена препарата. Однако важно, чтобы за это время была правильно подобрана дозировка, ведь если она слишком высока или слишком низка, препарат может быть неэффективным.

Одна из самых распространенных ошибок, которые может допустить врач, — держать вас на антидепрессанте много месяцев (или даже лет) при отсутствии однозначных доказательств, что он вам помогает. Мне это кажется абсолютно бессмысленным!

Тем не менее я видел много людей с тяжелой депрессией, которые сообщали, что много лет принимали один и тот же антидепрессант, но не почувствовали положительных результатов. Когда я спрашивал, почему они так долго принимают лекарство, они обычно отвечали, что так рекомендовал им врач из-за «химического дисбаланса».

Как долго принимать антидепрессант, если он помогает?

Вы и ваш врач должны будете принять это решение вместе. Если это ваш первый эпизод депрессии, вы, вероятно, можете отказаться от приема лекарства уже через шесть-двенадцать месяцев и продолжать чувствовать себя хорошо. В некоторых случаях я разрешал пациенту прекратить прием антидепрессантов уже через три месяца, если результаты были хорошими, и мне редко приходилось осуществлять лечение дольше шести месяцев. Но у разных врачей разные мнения.

Антидепрессанты быстро вернут способность испытывать удовольствие?

Большинству пациентов с депрессией сегодня назначают препараты, которые повышают уровень нейротрансмиттера серотонина. Самый популярный класс этих препаратов называется селективными ингибиторами обратного захвата серотонина (СИОЗС), к их числу относятся такие лекарства, как прозак, ципралекс, паксил, золофт. По данным, они помогают лишь трети пациентов, да и то начинают действовать лишь через 3-8 недель регулярного приема. В результате самочувствие человека не улучшается в течение месяцев, а в случае риска суицида подобное промедление может стать смертельным.

Исследователи из Медицинской школы Университета Мэриленда (США) под руководством Скотта Томпсона (Scott Thompson) попробовали воздействовать на другой нейтротрансмиттер – гамма-аминомасляную кислоту (ГАМК), играющую важнейшую роль в процессах торможения. Работа мозга зависит от баланса возбуждающих и тормозящих сигналов, которыми обмениваются нейроны. Исследователи предполагают, что у пациентов с депрессией возбуждающие сигналы в некоторых областях мозга недостаточно сильны. Науке пока неизвестен безопасный способ напрямую усилить возбуждающие сигналы, поэтому исследователи изучали вещества, ослабляющие тормозящие сигналы, передаваемые с помощью ГАМК. У этих веществ почти отсутствуют нежелательные побочные эффекты, поскольку они выборочно воздействуют лишь на участки мозга, связанные с настроением.

Ученые испытали препарат на крысах. Сначала они подвергли их легкому стрессу, что вызвало у них поведение, напоминающее депрессию у человека. Когда грызунам ввели вещества класса НАМ-ГАМК, у них исчезли симптомы главного признака депрессии – ангедонии, то есть неспособности испытывать удовольствие. Примечательно, что эффект проявился в течение 24 часов, а не многих недель, как в случае с обычными антидепрессантами.

Изучив мозг подопытных крыс, исследователи обнаружили, что эти вещества очень быстро косвенным образом усиливали возбуждающие сигналы в ослабленных стрессом областях мозга – тех самых, которые, как считается, связаны с депрессией у людей. При этом данные препараты не оказывали никакого влияния на животных, не подвергавшихся стрессу, это позволяет надеяться, что они не будут вызывать побочных эффектов у людей.

Подробнее см. J. Fischell et al. «Rapid antidepressant action and restoration of excitatory synaptic strength after chronic stress by negative modulators of Alpha5-containing GABAA receptors», Neuropsychopharmacology, April 2015.

Ссылка на основную публикацию
Что показывает посев мочи на стерильность как правильно его собрать
Лабораторный скрининг инфекций мочевыводящих путей и почек Комплексное лабораторное исследование, направленное на первичное выявление инфекционного процесса в почках и мочевыводящих...
Что можно есть кормящей маме (список продуктов, которые можно кушать при грудном вскармливании), пра
Диета кормящей матери: нужно ли ограничивать себя в еде? Нужно ли кормящей маме придерживаться строгой диеты? Нет! Не существует никакого...
Что можно есть кормящей маме в первые 7 дней после родов САЛИД
Что можно кушать после родов? Период беременности — самое прекрасное и волнующее время в жизни каждой женщины. Придерживаться правильного питания,...
Что показывает флюорография легких какие болезни органов грудной клетки выявляет, фото как делают и
Что видно на снимке флюорографии Беседуем с главным специалистом Екатеринбурга по лучевой диагностике о пользе и опасности рентгена. Главный специалист...
Adblock detector